Обстоятельства, которые определяют, как должна трактоваться та или иная информация, принято называть контекстом. Трактовка информации существует только в определенном контексте. Соответственно, обнаруженный в информации смысл также относится к определенному контексту.

Одна и та же информация может в разных контекстах иметь свой смысл. Например, на этом строятся все афоризмы: «Окно в мир можно закрыть газетой», «Из нулей легко сделать цепь», «Говорят, у потерявшего зубы несколько свободнее язык» (Станислав Ежи Лец).

Какая интерпретация будет выбрана человеком для той или иной информации, во многом, определяется его личным опытом. Кто-то может увидеть одно, кто-то другое: «когда дураку показывают на звезды, дурак видит только палец» (фильм «Амели», 2001).

Приведенное соотнесение информации, контекста и смысла информации интуитивно достаточно понятно и хорошо согласуется с нашим повседневным опытом. В предыдущей части я попытался показать, как все это может быть перенесено на формальную модель с несложными правилами:

У субъекта есть конечный набор понятий;
Любое описание – это набор понятий;
Контекст – это набор правил перевода одних понятий в другие;
Трактовка – это новое описание, полученное в контексте, после применения правил преобразования;
Пространство контекстов — набор всех доступных субъекту контекстов;
Смысл – это набор трактовок, имеющих правдоподобный вид. То есть таких, что определенным образом согласуются с памятью субъекта.

Уинстон Черчилль говорил: «Нет фактов, есть только их интерпретации». Информация, получившая корректную трактовку, приобретает смысл. Из полученных трактовок можно сформировать память субъекта.

Если есть примеры исходных сообщений и их корректных трактовок, то можно выделить правила интерпретации, примененные в каждом из случаев толкования. Это как при переводе с одного языка на другой. Одно и то же слово в разных обстоятельствах можно перевести по-разному, но для конкретного предложения и его перевода всегда видно, какой вариант был использован.

Если проанализировать, от чего зависит выбор той или иной трактовки, то окажется, что есть конечный набор обстоятельств, который влияет на этот выбор. Такие обстоятельства являются контекстами. Внутри одного контекста действуют согласованные правила интерпретации сразу для всех понятий. При языковом переводе это соответствует тому, как тематика или предметная область определяет, какой вариант перевода уместнее.

Набор контекстов может быть получен автоматически из кластеризации пар «исходное описание — корректная трактовка». Если объединять в классы пары, правила трактовки которых не противоречат друг другу, то итоговые классы и будут соответствовать контекстам, а правила, собранные со всех пар класса, будут правилами интерпретации этого контекста.

Если сформированы контексты, то поиск смысла в информации — это определение того, какой контекст лучше всего подходит для ее интерпретации. В неподходящих контекстах трактовки выглядят «криво» и только в нужном контексте возникает «правильная» трактовка. Понять, насколько правильно или неправильно выглядит трактовка, можно по тому, насколько она похожа на уже хранящиеся в памяти «правильные» трактовки.

Можно выделить две основные идеи, связанные с выделением контекстов. Первая заключается в том, что, используя контексты, мы получаем возможность давать разумные интерпретации той информации, которая нам раньше никогда не встречалась. Так при переводе, когда мы хорошо знаем оба языка, мы все равно не храним в памяти все возможные варианты предложений и их переводы. Понимая контекст беседы, мы подбираем те варианты перевода отдельных слов, которые наиболее подходят для этого контекста. Вторая идея — в том, что память, то есть предыдущий опыт, позволяет определять, какой контекст в данной ситуации создает наиболее корректную трактовку.

Логика сознания. Часть 6. Кора мозга как пространство вычисления смыслов