Немного о Пелевине, как об авторе, из разных интервью:
О русской и литературе вообще
Пелевин учился в Литературном институте, правда, был отчислен. Как он сам признался однажды, "ничего там нового не узнал”. Но он познакомился там со своими первыми издателями и выступил редактором трехтомника Карлоса Кастанеды. А вот что говорит Пелевин о литературе:
"Я не могу сказать, что я много читал современной русской литературы. И конечно я не могу назвать кого-то, кто на меня особенно повлиял. В свое время мне понравился "Пушкинский дом" Битова, этакий любовный роман с русской литературой 19 века, но я вряд ли захочу перечитать его снова сейчас. Мне нравится Искандер, его ранние работы, вышедшие в советское время, потому что в них есть настоящая теплота. И, конечно, писатели, жившие раньше, Булгаков, например, я был глубоко тронут "Мастером и Маргаритой".
Но я думаю, что на меня больше повлияли иностранные писатели. Олдос Хаксли, мне очень нравятся его эссе, и Герман Гессе, особенно "Степной волк", и Карлос Кастанеда … и всякие такие "темные" люди, оккультные писатели".
В этом же интервью 1999 года, вышедшем в книге "Voices of Russian Literature: Interviews with Ten Contemporary Writers", Пелевин, которого считают ярким представителем русского постмодернизма, признался, что не любит постмодернизм и писателей вроде Сорокина.
О религии
В начале своей писательской карьеры Пелевин работал в журнале "Наука и религия”, именно там состоялся его дебют. Критики полагают, что в процессе работы Виктор Олегович проникся восточным мистицизмом ("Колдун Игнат и люди”), а позднее пришел к дзен-буддизму ("Чапаев и Пустота”). Некоторые журналисты приписывают писателю создание новой религии, однако на этот счет Пелевин высказался довольно четко в 1997 году:
"Hикакой религии я никому не предлагал, но если кто-нибудь ею увлекся или даже уверовал, то я просил бы незамедлительно сдать взносы на ремонт храма. Мне надо перециклевать пол, переклеить обои, поменять пару дверей - а денег мало”.
О творчестве
О собственном творчестве Пелевин может говорить также с иронией. Он честен и не мнит себя гением или гуру. Он трезво оценивает собственный литературный опыт.
"Писать я начал поздно, в 25, 26 лет. В школе я не получал больше тройки за сочинения. Однако я быстро понял, чего от меня хотели, и старался это имитировать. Но мне постоянно говорили: "Это нехорошо. Ты не вкладываешь душу" ("Die Zeit", 1999).
"Я хотел бы написать рассказ по стодолларовой бумажке. Он назывался бы "Independence hall". Рассказ был бы построен на чеховских полутонах зеленого - но крови, надрывного трагизма, военной авиации и положительных героев там не было бы. В сущности, практически все современное искусство в той или иной степени посвящено этой картинке - либо по форме, когда художник исследует внешние проявления этого феномена, либо по содержанию - когда он просто хочет впарить свой продукт подороже" (Playboy, 1998).
"Главный писатель России - это полковничья должность, а я лейтенант запаса. Кроме того, я не понимаю, как в этой области можно строить иерархию" ("Известия", 2003).
Пелевин в том же интервью мужскому журналу пошутил, что за него книги вполне могла бы писать игра Microsoft Flight Simulator. В 2001 году в беседе с Corriere Della Sera писатель признался, что у него есть соавтор - "боксерская груша", которая играет в творческом процессе важную роль.
О стимуляторах
После прочтения некоторых книг Пелевина у многих читателей (и критиков, и журналистов) могло возникнуть ошибочное мнение насчет стимуляторов. Однако писатель не использует в своей работе наркотики, чтобы открывать некие двери, как сказал бы Олдос Хаксли. Как говорит сам Пелевин, в работе ему помогает зеленый чай и иногда - музыка.
Наркотики, которые я регулярно употребляю, - это спортзал и бассейн. Когда не могу достать бассейн, принимаю двойную дозу велосипеда.(с)
Поблагодарили Velassaru за хорошее сообщение:
