Акт одиннадцатый
------------------------
Итак, остался я один. Друзья мои,
Волками став, уснули сном зловещим.
Маньяк вопил. Неужто бесконечно
Ужасной бледной девы волшебство?
Надежда – на гонца лишь моего,
Что инквизицию был должен привести,
Надеюсь, нас спасти
Хоть инквизиция сумеет!
- О дева, лик ужасный твой
Луны самой бледнее! –
К колдунье обратился я. –
Не ты ли – смерть и казнь моя?
Зачем ты рыцарей, готовых на подмогу
К тебе прийти, волками обратила?
И кем дана тебе такая сила,
Не Дьяволом ли? О, ответь –
Ты хочешь, чтоб рычал я, как медведь,
Иль в льва, в грифона иль дракона
Меня желаешь обратить?..
- Хочу кого-нибудь любить, -
Мне дева говорит. – Любви
Не знала я, а мне, чего там говорить,
Нужна, как всем, нормальная семья!
- Любить… насильно? – изумился я. –
И что же это будет за семья? Кощунство это!
- Ну, тогда тебе не видеть света, –
Мне дева говорит,
И лик её, как дуло пистолета,
Мне что-то страшное сулит…
А ведь ещё и маньяк имеется, завлекший рыцарей из подполья в таинственный лес и обещавший открыть им некую тайну! В дом-то рыцари ещё не входили, в тот дом, к которому их привёл маньяк! 
А мне интересно стало - кто этот оборотень, кого Квит с Лукасом добивать собрались? 
