Robert Johnson
![](https://realax.ru/saveimages/2019/11/19/bpwjrmfwqfmsrgn4.jpg)
Роберт Джонсон — легендарный чернокожий блюзмен. В его жизни многое неясно: Джонсон был незаконнорожденным, отец неизвестно кто, у него был жестокий отчим, три или четыре раза он менял имя, женился в семнадцать лет и через год овдовел. Юнцом он околачивался в Робинсонвилле, в компании Сона Хауса, Вилли Брауна и других титанов дельты Миссисипи, — и постоянно просился на сцену. Пару раз ему предоставили такую возможность. Оказалось, Джонсон посредственно играет на губной гармошке и уж совсем любительски — на гитаре, не умеет петь и начисто лишён чувства ритма. В девятнадцать лет он вдруг исчез. Когда год спустя он снова появился в городе, его по-прежнему никто не принял всерьёз. Но в перерыве музыканты вышли покурить и тяпнуть вискаря — и вдруг услышали звучащий из пустого зала дикий, фантастический по силе блюз! Все опрометью кинулись обратно — и выронили сигареты: на сцене сидел Джонсон и играл как никому и не снилось. Старые блюзмены были потрясены. Меньше чем за год неуклюжий подросток превратился в обаятельного виртуоза, затмевавшего всех и вся.
С этого момента и следует отсчитывать появление мифа. Ошарашенные успехами «младшего товарища», Браун и Хауз только и могли спрашивать: как же так? Где ты научился этому?
Джонсон рассказал байку о том, что есть некий магический перекрёсток, на котором он заключил сделку с дьяволом — отдал душу в обмен на умение играть блюз.
Культура чёрной Америки, замешанная на шаманстве, христианстве и сантерии, не признавала иного объяснения: ведь что-то случилось в те несколько месяцев, когда Джонсон якобы жил со своей семьёй в Хейзелхерсте! Джонсон не скрывал, что общался с дьяволом посредством вуду; так он достиг ритуального выхода за пределы своих естественных возможностей, что позволило ему совершить невероятный прыжок из подмастерьев в мастера. Он колесил по стране, возникая то здесь, то там, как привидение; «чёрный денди» в щегольском костюме, в шляпе и при галстуке, с неизменной сигаретой в углу рта, он сам был как дьявол и бравировал этим, когда пел: «Заройте моё тело на обочине шоссе, чтоб мой старый злой дух мог вскочить в автобус и поехать». Холодок пробирал от его строчек: «Я и дьявол ходим рядом, я и дьявол, о-о! ходим рядом, и я изобью свою женщину всласть!»
Все здесь сыграло свою роль — и загадочное превращение из ученика в мастера, и годы одинокого блуждания, без друзей, гонимым, одержимым, и полдюжины различных историй о его смерти, тайна которой прояснилась совсем недавно… Его боялись и боготворили. Порой его видели одновременно в разных городах, далёких друг от друга (а спутать его игру с чужой было немыслимо!) — он играл в насквозь прокуренных дешёвых клубах «баррель-хаус», в негритянских кабаках, наставлял рога всем мужикам направо и налево и записывал песни на дешёвых маленьких винилах «race records» — их в итоге набралось двадцать девять, этих блюзов, и каждый был сырым, грубым и прекрасным, как неотшлифованный бриллиант. Умер Джонсон в 1938 году, «корчась на полу и воя как собака», когда очередной ревнивый муж угостил его стаканчиком отравленного виски. Ему было всего двадцать семь.
Сказать, что блюза не было до Джонсона, значит соврать, но именно Джонсон добавил в него ту толику безумства, каплю запредельной чёрной мистики, после которой эта музыка не могла остаться прежней. Его записи — библия для всех, кто надумал играть блюз. Роберт делал на гитаре то, что до него никогда никто не делал. Странные, резкие звуки его голоса — то басовое рычание, внезапно срывающееся фальцетом на визг, то вопли и гнусавые причитания, его песни о сексе и бессилии, о дьявольских сделках с совестью и мужском бахвальстве, полные беспричинных проклятий и грубой чувственности, сопровождаемые тяжёлыми, яростными ударами по струнам гитары, звучащей как два или даже три отдельных инструмента, со сдавленным подвыванием, ритмы буги-вуги и мелодии, гонящие его мрачные тексты прямо по пустынному шоссе куда-то на запад от Мемфиса, — всё это поражает и сейчас, а тогда… Многие до сих пор всерьёз упорно ищут легендарный Перекрёсток, на котором Джонсон заключил свою сделку. Есть даже фильм про эту историю — мистический, слегка наивный, густо замешанный на блюзе, горечи потери и любви.
Поблагодарили Madumba за хорошее сообщение:
Audio Injected Soul (20.11.2019)