Скрытый текст
Как ни омерзительно просыпаться в комнате, в которой прожил живой мумией восемь лет, просыпаюсь с облегчением: всю ночь мучили кошмары, среди которых самым тошнотворным был паук...
Совсем маленький, неторопливый, он перебирал лапками по моему лицу, покачивая брюшком с едва заметным жалом и всякий раз сон обрывался в тот момент, когда тварь готова была ужалить.
Сидя в постели, мотаю головой, пытаясь вытряхнуть из себя этот жуткий образ... Едва успеваю одеть наряд простолюдина, предоставленный мне хозяином, как в дверь стучат. За порогом
мне кивает вычурно одетый, лысый (шляпу держит в руке) человек с лицом выпивохи и руками ремесленника. Этот малый оказывается расторопным и понятливым делягой - за каких-то десять
минут он не только уясняет что мне нужно, но и выспрашивает все подробности и детали заказа, а также, умело и привычно снимает все необходимые мерки... Цену себе знает и называет
приличную сумму нашей сделки. Даю ему золотую монету - остальное по исполнению заказа... Не успевает портняга скрыться со своим авансом, как в дверь снова стучат. В комнату входит
человек с изможденным лицом и странными глазами. Задаю ему пару вопросов, убеждаясь, что он действительно разбирается в алхимии. Когда сомнения исчезают, я диктую ему перечень
необходимых мне веществ, которые искать самому мне просто недосуг. Сначала он просто кивает с отсутствующим видом, но к концу моего перечисления он вцепляется взглядом прямо мне в
глаза... "Э... ваша милость знает рецепт магистериума? Я мог бы приготовить его для вас... за хорошую плату?" Я секунду молчу, понимая, что он действительно знающий в своем деле,
потом отрицательно качаю головой. "Ребис я сделаю сам..." Тон моего тихого ответа не оставляет сомнений... "А вы получите хорошую плату за хорошие ингредиенты, за пару реторт из
ваших запасов и за то, что не станете распускать язык..." Две золотых монеты отправляются в его карман, как обещание награды... Он, опуская голову, кивает и уже поворачивается
к двери, когда я окликиваю... "Кстати, не взгляните... что это может быть?" Алхимик берет с моей ладони предмет извлеченный из фляжки, подходит к столу (там светлее) и щурясь
рассматривает в луче света... Внезапно, он вздрагивая роняет то, на что смотрел и словно машинально вытирает руку о свою одежду. На его бледном лице написана смесь страха и
брезгливости. Он почти переходит на шепот. "Эту мерзость вам бы сжечь... пока она у вас - вы в опасности..." Я смотрю на то, что испугало, видавшего виды, адепта... "Что это?"
Он морщится. "Это обрубок хвоста ведьмы... когда ведьма хочет обрести полную власть над человеком, она может прибегнуть к крайнему средству - отрубить кусок собственного хвоста
и сделать заклятие на обрубке..." "Разве хвост ведьмы не самое ее уязвимое место?" спрашиваю я в недоумении. Алхимик трясет бородой, как козел... "Да... она теряет часть
собственной силы при этом... поэтому, на такую штуку идут только ради большой выгоды, используют, как экстраординарное, но безотказное средство..." Его возбуждение уже пугает. "Она
должна была забрать это... пока это в чужих руках, она уязвима... ей что-то не удалось, верно?" Вот теперь и мне не по себе. "Займитесь тем, за что я вам плачу..."- предлагаю ему я.
Он охотно движется к двери, но вдруг оборачивается. "Она не может оставить это у вас... она вернется за ним..." Когда он скрывается за дверью, я подхожу к столу. Маленький, засохший
кусочек плоти и хрящей выглядит уже зловеще... Зажигаю стоящую на столе свечу. Что за ведьма могла пожертвовать частью хвоста и как он мог попасть во фляжку? Свою фляжку я давал только
неизвестной мне девице, перед тем, как кануть в восьмилетнее забытье... Но "выключило" нас, всех - и девицу и Вика тоже - не зелье из фляжки, а что-то другое. Потом, почти все очнулись...
Меня переместили в комнату. Потом появился паук... То есть, "подарок" ведьмы мог попасть во фляжку: до того, как все выключились или после того, но до того, как появился
паук. Какой смысл совать, эту дрянь, во фляжку, когда я уже в состоянии бревна? Никакого. Значит, это случилось до... Но, если это дело рук неизвестной девицы, почему она не смогла убрать
улику, когда очнулась? Не потому ли, что она очнулась, когда паук уже соткал свою пряжу? Этот момент следовало уточнить у Вика... О пауке думать не хотелось - пришлось делать усилие над
собой... Куда подевалась паутина, которую, по словам Вика, не резал нож, не жег огонь и не брали заклятия магов? И что делать с этой сушеной пакостью? В ушах словно прошептал голос
алхимика: "пока это в чужих руках, она уязвима... она не может оставить это у вас..." Так может быть, можно слегка подстегнуть ее интерес? Мои пальцы берут "мощи" ведьмы и подносят их
к пламени свечи. Посмотрим, что будет, если слегка поджарить эту штуку...
|