|
Пасха
Пасха (песах) – важный еврейский праздник, установленный самим Богом (Исх. 12:1–14). В переводе с еврейского это слово означает «пройти мимо»: в самое первое празднование Пасхи ангел прошел мимо домов, где косяки были смазаны кровью ягненка, и пощадил в них первенцев. Еврейские праздники были частью Моисеева закона, которому Христос положил конец (Рим. 10:4). Этому нужно радоваться, ведь Моисеев закон осуждал человека как неисправимого грешника, неспособного оправдаться перед Богом (Рим. 3:19, 20). Зачем возвращаться к этому закону?
В Новом Завете нет ни единого упоминания о том, что после воскресения Христа его ученики отмечали Пасху в любом виде. Само слово «пасха», если не считать упоминаний еврейского праздника, встречается только один раз:
Итак очистите старую закваску, чтобы быть вам новым тестом, так как вы бесквасны, ибо Пасха наша, Христос, заклан за нас (1 Кор. 5:7).
Как видим, Павел не вводит новый праздник, а просто объясняет своим читателям, что еврейская пасха и вообще жертвоприношения животных были прообразами жертвы Христа – истинного жертвенного Агнца. Следовательно, после этой жертвы в жертвоприношениях и связанных с ними праздниках уже нет необходимости. Эпоха прообразов закончилась, началась эпоха реальности. Причем заметим, что Павел связывает с Пасхой прямо противоположное значение – не воскресение Христа, а его смерть. Эта связь не случайна, ведь Христос умер как раз в день Пасхи, 14 нисана по еврейскому календарю (Мат. 26:2). Так почему же сегодня Пасха означает его воскресение?
Популярные пасхальные атрибуты – яйца и куличи – имеют языческое происхождение:
В празднование христианской Пасхи проникли многие языческие обычаи, связанные с празднованием прихода весны. Яйцо — это символ зарождения жизни ранней весной (The Catholic Encyclopedia).
Весенний языческий праздник дал христианской П[асхе] ее обряды (освящение куличей, изготовление сырной пасхи, крашение яиц и т.п.) (Большая советская энциклопедия).
Весенние культы урожая и плодородия соседствовали не только с яйцами, но и с фаллическими символами. Историк А. Опарин пишет:
Вторым большим праздником у тенгриан (древних монголов и тюрков) считался приход весны. По традиции, корни которой уходят в Индию, он отмечался 25 марта. Известно, что к этому дню тенгриане пекли куличи. Кулич олицетворял мужское начало. В Индии и во многих других странах его символом был фаллос. Тенгрианскому куличу придавалась соответствующая форма, рядом полагалось класть два крашеных яйца. В этом уже прослеживается связь с фаллистическими земледельческими культами Индии, но столь же очевидна связь этого обычая и с пасхальными традициями христианства.
Священник Олег Моленко (не РПЦ):
Пасхальный кулич не был известен в пасхе Ветхозаветной. Агнца пасхального вкушали с опресноками (пресными лепешками) и горькими травами. Происхождение пасхального кулича скорее языческое, чем христианское. Кулич, как высокий хлеб с яйцами, являет собой известный языческий символ бога плодоносия Фалосса или, что то же, мужского детородного уда.
Извиняюсь за пикантные подробности, но на что похож кулич – вертикально стоящий хлеб с белой помадкой сверху и яйцами снизу? Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз попробовать. Кое-где можно увидеть даже такое зрелище:
Возможно, Пасха – это самая злая шутка, которую Сатана сыграл с христианством.
Можно сказать: хорошо, но церковь не просто заимствовала языческие элементы, но и освятила их, и теперь они прославляют Христа. Конечно, церкви никто не мешает освящать все, что ей хочется, но есть более важный вопрос: освящает ли это Бог? В Библии мы не найдем случаев, чтобы Бог освятил и одобрил атрибуты ложной религии. Более того, когда люди пытались сделать это сами, они подвергались суровому наказанию. Самый известный пример произошел у горы Синай, когда евреи устроили «праздник Господу (Иегове)» с использованием элемента египетской религии – золотого тельца. Праздник был посвящен не кому-то, а истинному Богу, ну а золотой телец – что в нем плохого? Красиво же. Его «освятил» не кто иной, как брат Моисея, оставшийся «за главного» в отсутствие самого Моисея. Однако на евреев воспылал гнев Бога, и тысячи из них расстались с жизнью (Исх. 32). Об этой истории стоит вспоминать всегда, когда мы хотим что-то отпраздновать и в нашу голову закрадывается мысль: «Что в этом плохого?»
Библия требует удалить из жизни любую ложь, в том числе религиозную, а не «освящать» ее:
Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным? Какая совместность храма Божия с идолами? Ибо вы храм Бога живаго, как сказал Бог: вселюсь в них и буду ходить [в них]; и буду их Богом, и они будут Моим народом. И потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому; и Я прииму вас. (2 Кор. 6:14–17).
Праздник – это не повод повеселиться (для этого повод не нужен), а способ вспомнить о чем-то важном. Праздник – это серьезно. Служители Бога никогда не подходили к праздникам легкомысленно, никогда не отмечали их для галочки или потому что «так принято». И вдвойне серьезен праздник религиозный, ведь он связан с поклонением Богу.
В случае Пасхи мы имеем праздник, который:
1) не имеет календарной связи с днем воскресения Христа;
2) не упоминается в Новом Завете как христианский праздник;
3) является частью Моисеева закона, устраненного жертвой Христа (и потому обесценивает эту жертву);
4) наполнен языческой атрибутикой, оскорбляющей Творца.
Не отмечая Пасху, мы не согрешим (в силу пункта 2), а отмечая, мы можем вызвать неудовольствие Бога (в силу пунктов 3 и 4). Может быть, лучше перестраховаться?
|